* * *
В Житомирській області новим брендом може стати ягідництво
* * *
Рамос тренеру Севильи: «Да здравствуют мужики с яйцами»
* * *
1917 року народився Ніколас Орешко —найстаріший живий кавалер Медалі Пошани(США) у 2011-2013 р, українець
* * *
Завод ім.Малишева спростував інформац.про розірвання контракту з Таїландом і готує передачу чергової партії«Оплотів»
* * *
знаєте тих дур, які ревнують хлопця до всього, шо рухається і нє? то я))))) якби могла, ревнувала б і до себе
* * *
Не бажаєш оглухнути - вдавай із себе глухого. © Кен Кізі. "Над зозулиним гніздів’ям"

"А Мастер плакал перед Маргаритой..."

14:46 17.08.2007

***

 

А Мастер плакал перед Маргаритой,

Рассказывая ей про род людской,

Твердил, что правда временем сокрыта,

А он устал и хочет на покой,

Припомнил, как роман писал когда-то,

Как прост и безыскусен был сюжет

С пленительною пластикой заката,

Легко перетекавшего в рассвет;

И тем одним из вечного народа,

Пытавшимся постичь своим умом

Идею безграничности свободы,

Когда о небо стукаешься лбом;

И совместимость честности и власти;

И тот неугасимый интерес

К вопросу: как добиться в жизни счастья,

Хоть счастье – не итог, а сам процесс

Длиною в жизнь - лишь крошечную точку

На смерти, как оси координат…

И плакал Мастер, поджигая строчку,

Хоть рукописи, верил, не горят.

 

 

 

***

 

 

Ты и вправду Малыш? Извини: я ответ не расслышал.

Приоткрыто окно, словно в гости друг друга зовем.

А давай полетим прогуляться по вымокшим крышам

И по лунной тропе, что протоптана летним дождем.

Ты заглянешь в дома и увидишь, как выглядят люди.

Это очень смешно. И неважно, что ты еще мал.

Мама с папой поймут и тебя никогда не осудят.

Не поверит лишь тот, кто всю жизнь ни о чем не мечтал.

Мы собаку найдем самой лучшей на свете породы.

Будем с нею втроем мы по лужам бродить до утра.

Только знаешь, Малыш, ничего нет прекрасней свободы

Ощущать высоту. Но домой возвращаться пора.

Я еще прилечу. Никуда друг от друга не деться.

Подсади на окно. Да на кнопку не сильно дави.

Одиночество я или Карлсон, что родом из детства.

Я – ненайденный друг. А быть может - начало любви.

Что ж ты, милый, ревешь? Говоришь, у тебя день рожденья?

Ну, держи. Я дарю. Мне для друга нисколько не жаль

Этот сказочный мир, как огромную банку варенья.

Пригуби и почувствуй, что горечью пахнет миндаль.

 

 

 

***

 

Мир не по правилам устроен:

Нет общей формулы добра.

И кто сегодня стал героем,

Мог палачом прослыть вчера.

Лишь к справедливости стремленье

Навечно замыкает круг.

И Гамлет, говорящий с тенью,

Давным-давно мой лучший друг.

 

 

 

***

 

 

Был ли сказочный бал? Был. И я там блистала,

Позабыв про посуду, что мыла с утра.

Я, простушка, была королевою бала

И тебя, то есть принца, все время ждала.

А вокруг суетились поэты и мимы,

Белоснежным убранством отсвечивал зал.

Только ты почему-то прошествовал мимо

И ответил мне: «Нет», и меня не узнал.

Что ж, бывает и так. Я – принцесса плохая,

Но хочу эту роль довести до конца

И хрустальную туфельку быстро снимаю,

Чтоб оставить ее на ступенях дворца.

Бьет двенадцать. Пора. Я к любви не привыкла.

И, пока на вратах не прогнали взашей,

Я спешу запрягать в перезревшую тыкву,

Чуть придушенных кошкой, пятерку мышей.

 

 

 

Старый Ной

 

«Вот и день отгорел. Видишь, Боже, измученный Ной

В утомленном ковчеге упавшие звезды качает,

И слезится душа, и над черной постылой волной

Кроме Ноя молитвой никто Тебе не докучает.

Позабыть бы о днях, когда рос этот мрачный ковчег,

О соседях, друзьях и родне, ребятишках и прочем.

Я доподлинно знал, что уже обречен человек.

Но без воли Твоей разве мог я хоть чем-то помочь им?

А когда напирала, с высот низвергаясь, вода,

И в отчаянье люди бежали под прорванным небом,

Я за них не молил, малодушно боявшись тогда

На себе ощутить отголоски великого гнева.

Помнишь, юную мать заливало холодной водой,

А она мне тянула бутон верещавших пеленок

И молила: «Спаси! Помоги ему! Смилуйся, Ной!

Ведь ни в чем не виновен родившийся этот ребенок!»

Я до смерти своей этим плачем, как грязью, облит.

И устала душа принимать эту горечь без меры.

Потому-то, наверное, старое сердце болит,

Что придавлена совесть моей стопудовою верой.

Что мне делать, Господь? Я давно потерял аппетит

И смотреть не могу на сынов помрачневшие лица».

«Успокойся, старик. Видишь: голубь назад не летит.

Значит, будет весна. И Земля для любви возродится».

 

 

 

Поэты

 

 

«Здесь русский дух… Здесь Русью пахнет!»

А. Пушкин

«О, Александр! Ты был повеса,

Как я сегодня хулиган!»

С. Есенин

 

Как панацею, как лекарство,

Мощней какого не проси,

Мы получали дух бунтарства,

Неистребимый на Руси.

Как соль земли, как признак главный

Страны из тюрем и церквей.

Из нас – простых, наивных, славных –

Выковывали бунтарей.

Нам приводили сто примеров,

Что бунт – отнюдь не ремесло,

Но заражали светлой верой

И в справедливость, и в добро,

Чтоб мы делами и слезами

Отмыли землю добела,

Звоня рожденными стихами

В небесные колокола.

 

 

 

***

 

Уехавшим поэтам

Ах, этот долгий суд,

Что мы зовем судьбою,

В котором каждый час

Поставлен под прицел

И Богом, и людьми,

С их вечною борьбою

За счастье и любовь,

За радостный удел.

Ах, этот долгий суд,

Где ищем снисхожденья,

Боясь свои грехи

Прилюдно оголить,

Где каждому из нас

Всего одна с рожденья

Дарована земля,

Чтоб истинно любить.

И бесполезен труд,

И тщетные старанья

Испить в чужой стране

Хрусталики дождя,

Выпрашивая в ней

Взаимопониманье,

Себя теряя тут

И там не находя.

 

 

 

***

 

 

Нам близок был поэта гений

И, книгу положив на стол,

«Я помню чудное мгновенье»,

Слегка волнуясь, ты прочел.

А после, не найдя управы

На бунт страстей, что грудь терзал,

Ты восхитительные главы

Мне из «Онегина» читал.

Пока свечи алело пламя

И месяц по ветвям скользил,

Его волшебными словами

Ты о своей любви твердил.

И были мы пьяны стихами,

Хоть рядом пенилось легко

Для встречи купленное нами

Санкт-Петербургское клико.

 

 

 

Ночь перед дуэлью

 

Уже окончен бал,

Разъехались кареты,

И музыкант в футляр

Вложил виолончель,

И опустевший зал

Под всхлипы менуэта

Торжественно молчит…

А завтра ждет дуэль…

А рядом на столе

Чернила и бумага,

И тает за окном

К заутрене звезда,

Строка пришла на ум,

Но до утра два шага,

И скоро призовут:

«К барьеру, господа!»

Простите, Натали

И дети, и Россия,

Что вас не уберег

От горестных потерь.

Да только у меня

Роднее и красивей

На свете никого…

А завтра ждет дуэль…

 

 

 

***

 

А. Кабанову

 

Средь поэтических экзотик

Постмодернизму вопреки

Люблю кабановский наркотик

Рельефно-слаженной строки,

Ту бесшабашную ранимость,

Которой боязно дышать,

Как полюсов несовместимость

В одном коктейле размешать,

Ту нежность, выросшую в резкость,

Что так давно жует молва,

И мудрость, впаянную в детскость,

И чудо - кубики: слова.

 

 

 

***

 

И царственность слова, и музыку ритма

Душой принимаю. И сердцем горю.

Но кто мне подскажет: любовь или битва

Меж теми двумя, что я боготворю.

Во многом различны, а в чем-то едины

Шагают в «серебряный век» налегке

Взрывная порывистость в строчке Марины

И емкая мудрость у Анны в строке.

А я продолжаю твердить неустанно

При всех катаклизмах душевных стихий:

«Марина и Анна! Марина и Анна!

Живою водою мне ваши стихи».

 

 

 

***

 

 

Как безумно манит запах яблок Эдемского сада,

Их тугая хрустящая мякоть под розовой кожей.

Любознательность наша – проказа? А, может, награда

С неуемным желаньем понять и почувствовать тоже?

Нам познания смертью грозили уже изначально,

Но рвались мы вперед, создавая науки и саги,

Чтобы детям своим под конец признаваться печально,

Что меняется мир, только люди по-прежнему наги.

 

 

 

Ассоль

 

Ты заказывал устриц в прибрежной таверне

И лениво с подвыпившим боцманом спорил,

Ну, а я грациозною маленькой серной

На свиданья к тебе прибегала у моря.

Мы бродили вдоль берега вечером длинным.

Ты показывал мне корабли у причала.

Я тогда поняла, что твоя бригантина

Для тебя много больше любви означала.

Ах, зачем я когда-то поверила Грину.

Видно, в этом ошибка моя заключалась.

Как мечтала я встретить твою бригантину,

Как ждала, что сверкнет для меня алый парус!

Только сказка и жизнь – это разные вещи.

Ты поднял якоря с предрассветным приливом.

Это в сказке любовь морем ласковым плещет.

В жизни – белые чайки кричат сиротливо.

 

 

 

***

 

 

Уже заканчивалась книга,

Но с каждым словом все сильней

Страшила неизбежность мига,

Несущего прощанье с ней.

Теперь она к судьбе причастна.

Так бескорыстно, так навек

Дарившая и боль, и счастье,

Словно любимый человек.

 

 

 

***

 

Хоть не люблю вещей программных,

Но раз за разом я сперва

Мажорные долдоню гаммы,

Чтобы достигнуть мастерства.

И пусть они давно не модны,

Но только после мук моих

Звук станет точным и свободным,

Как Микеланжеловский стих.

Некрасовская