* * *
В Житомирській області новим брендом може стати ягідництво
* * *
Рамос тренеру Севильи: «Да здравствуют мужики с яйцами»
* * *
1917 року народився Ніколас Орешко —найстаріший живий кавалер Медалі Пошани(США) у 2011-2013 р, українець
* * *
Завод ім.Малишева спростував інформац.про розірвання контракту з Таїландом і готує передачу чергової партії«Оплотів»
* * *
знаєте тих дур, які ревнують хлопця до всього, шо рухається і нє? то я))))) якби могла, ревнувала б і до себе
* * *
Не бажаєш оглухнути - вдавай із себе глухого. © Кен Кізі. "Над зозулиним гніздів’ям"

о ЛЮБВИ

14:31 16.08.2007


Татьяна КРЫСАНОВА

о ЛЮБВИ

Действующие лица
Миша
Вася
Леня
Родион
Тамара
Света
Люся –
студенты и студентки
Рассказчик – Миша в пожилом возрасте.

Место основного действия – общежитие консерватории.
В темноте в луче света размышляющий Рассказчик.
Рассказчик. Хоть я - славянин по крови, живу на Святой земле. Надо сказать, уже пообвык - довольно давно переехал. Никогда не думал, что доведётся  работать таксистом. А вот те на! – работаю. Знаю английский, немецкий, иврит, и даже как-то так выходит, что всякий раз в некотором роде гид, не только развозчик. Наверно потому, что разговорчивый. С восходом солнца встаю, до самого заката перемещаюсь - от одной святыни к другой – от францисканских храмов, возведенных в местах евангельских событий, к Елеонской горе, на склоне которой Спаситель молился в Гефсиманском саду, что свидетель предательства Иуды, от Святого города через пески к горе Искушения и Галилейскому морю, от горы Фавор, места преображения, к Назарету – городу благовещения.
Разглядывая мозолистые руки, говорю себе: в настоящее время ты – таксист, это очевидно. Впрочем, помогать людям передвигаться, попутно делясь знаниями, – считаю, вполне нормальное занятие: обыкновенный труженик с немалым опытом и грузом прожитых лет. К тому же, кто станет утруждать себя, чтобы, взглянув пытливо, заподозрить во мне не только бывшего музыканта, но, вдобавок, историка и философа? Никому и в голову не взбредёт – возница, не более. Впрочем, меня это устраивает – с возрастом мудреешь, лишаешься амбиций, иные представляются смешными. Жизнь таки чему-то учит – пока жив! Стало быть, не зря  услужливая память продолжает поставлять из своих фондов лишь для меня дорогие, и некоторым образом даже драгоценные свитки жизненной летописи. Спасибо ей за это – в такие моменты теплеет на душе - может быть потому, что представляешь себя таким, каким уже никогда не будешь. Мысленным взором я всегда досматриваю открывающиеся файлы памяти, не обрываю и не поторапливаю. Зачем?
Это чудесное занятие - вспоминать. К тому же по прошествии времени пережитые неприятности сглаживаются, а приятные моменты становятся ещё привлекательнее. Интересный эффект получается: оказывается, в жизни большей частью было всё не так уж плохо, и даже славно - очень хорошо. Взять хотя бы студенческие годы – да мы были просто неистощимы на выдумки! Иной раз целые спектакли сами собой разыгрывались. Безусловно, быть таким при моих теперешних сединах невозможно. Хотя, вот сейчас зажмурюсь, и тут же прошлое увижу – придёт радостная улыбка, снова почувствую себя моложе, счастливей, беззаботней. Сейчас, сейчас – вот так…
Подсветка позволяет угадывать в комнате общежития три кровати со спящими. Появляется молодой человек. Тихо крадется к столику, вытаскивает из-за пазухи две бутылки водки и кулек съестного. Ставит. Спотыкается о чьи-то разбросанные туфли, чертыхнувшись, удерживает равновесие.
(В момент “включения” Рассказчика либо стоп-кадр, либо беззвучные движения, «немое кино» – иное Пространство и Время)
Рассказчик. Да, в какие только ситуации не попадает студенчество! Каким я был, шалуном! Жил одним днем и, надо признать, на пользу оптимизму.
Молодой человек, на ходу раздеваясь, на цыпочках подходит к своей кровати. Пытается лечь, но, нащупав спящее тело, принимается на ощупь “узнавать”- кому же оно принадлежит? Дойдя до пышной шевелюры, радуется:
Миша. Шура! Моя маленькая, греешь нам кроватку, куклёныш ласковый?
Начинает тело ласкать. Тело с грохотом вскакивает. Орет:
Вася. Какое свинство! Дрянь собачья! Кусок скотины! Вот я сейчас!..
Хватает из-под кровати пустую бутылку, гоняется за Мишей. Зажигается свет. Проснувшийся Леня хватает Васю за руку. Поборовшись, усаживает .Отходит.
Леня (насмешливо). Спокойно! Снимаю! (Отнимает и отшвыривает бутылку). Позировать не умеешь. Испортил такой кадр! Обидно – теперь не повторишь, слезай – сам испортил. (Поворачивается к лежащему на кровати Роде). А ты всё спишь? И дела никакого?
Родя (трет глаза). Кажется, классно получилось, мне понравилось. (Лениво потягиваясь, Мише). Какого черта приперся в столь ранний час? Жених вдруг передумал или невеста сбежала? Что это за свадьба с гулькин нос?
Миша. Усеченная кода – алес гут – только начали, как тут же отработали! Самое обидное, заплатить-то обещали вполне прилично, а как дошло до расчета - дали только половину. Наверное, решили: со студентов и этого за глаза хватит. Считают: настоящему студенту полагается поджарым ходить. И голодным!  Воспринимаешь? Наклоуничаться не успел – и уже  свободен, дорогой! Чего, спрашивается, заказывали? Впрочем, им ведь всё равно, что я без перерывов наигрался до полнейшего «не могу»: спозаранку учил фугу, потом урок, занятия, а после эта свадьба. А там у каждого гостя – своя особенная просьба, и угождай. Работы много – толку мало. Даже за стол не усадили! – вдруг случайно объем, так сказать, ненароком. Только представьте себе моё состояние! Вокруг сплошь выпивающие, закусывающие, а у меня в желудке - ноктюрн на флейте водосточных труб. Да что там ноктюрн – фантазия на заданную тему! Впрочем, кому я всё это объясняю? Судя по вашим довольным физиономиям, у вас всё в порядке, и даже более чем. Эгоисты! Влезли бы хоть на минуточку в мою шкуру - как же есть хотелось! Нет, это надо видеть - дождёшься от вас сочувствия! Хоть бы улыбки свои постирали – скалитесь тут в открытую! Ни малейшего сопереживания!  Да ладно уж. Чего с вас взять? Хорошо хоть две бутылки водки припрятал да пару тарелок какой-то закуски в кулек опрокинул – так что не зря предвкушаете, постарался для вас, злодеи!
Леня (с наигранным сочувствием). Да, досталось тебе. Пожалуй, мы такого еще не проходили: жлобство в степени супер. Но ты молодец - проявил себя, как настоящий лабух.
Миша (возмущённо Васе). Никакого понимания! Он имеет в виду: чего разнервничался? С тобой бы так обошлись! Подумаешь, по вашей милости этого (кивает в сторону Васи) за свою девчонку принял - не там потрогал! Я же нежно, с чувствительностью. (Ребятам) Хоть бы представили, черти. Чего скалитесь?
Леня (меряя жестом Васин рост). Эта волосатая грудь (Вася чешет голую грудь) и соблазняющие однокурсниц ноги (Вася нащупывает босыми ногами туфли) принадлежат проклюнув­шемуся гению, а в перспективе знаменитому музыковеду – теоретику Васе. Так что все сводится к тому, чтобы ты его уважал и жаловал - из любви к искусству.
Родя (поднимается с кровати, начинает одеваться). Что ты все орешь? Еще подумает – всякое лыко в строку. (Мише). А тебе бы подучиться вовремя реагировать, когда чувствуешь, что под рукой нога волосатая. Впрочем, все отличились: чего раскричались, как дети маленькие?
Леня напускной серьёзностью). Он что, непонятно объяснил? Не покормили. Человек маковой росинки во рту не имел. Между прочим, во многом прав: мы тут лясы точили, а он лямку тянул - чуть не надорвался. (Взрывается хохотом).
            Начинает хохотать и Миша, а за ним все остальные.
Миша (давясь смехом). Кретины! Мне показалось – Шурка ждет.
Леня. А я что говорил! Разве ты с ней не завязал?
Миша. Как завязал, так и развяжется. Ваше дело маленькое – потому что оно не ваше.
Вася. Ребята! – расступись: сейчас этот тип ещё лопнет от самоуверенности.
Родя. Могу дать рекомендацию: затяни ремень потуже - чтобы нас не оглушить. Лично я затыкаю уши.
Все хохочут.
Сверху, с балкона, этажом выше, , привязанная к бельевой веревке, спускается бутылка пива. Замирает, “дразнится” вверх-вниз. Женский голос:
Тамара. Эй, полуночники! Остыньте, ребята! Выпейте пивка. Свеженькое, ароматненькое… Черниговское!
Миша. Вот же, пакостная, - дразнится. Главное, умеет выбрать момент.
Вася. А, брось! Тебе что, пива не хочется?
Родя (зловещим шепотом). Не трогать! Почем мы знаем, что там - пиво? Не слышите? -Тамаркин голосочек. Можно подумать, мало от нее натерпелись. Пиво – не пиво, а уж это, по крайней мере, известно – кого угодно до белого каления доведёт.
Леня (фальшиво-сладостно). Тамарушечка! Спускайся к нам вместе с пивком. Поговорить охота? – приди, приди. У нас и водочка неоткупо­ренная ждет – только что Мишка со свадьбы принес. Может же истомиться-исстрадаться ожидаючи. Она к пиву – в самый раз. Не дай столь ценному продукту прокиснуть – очень прошу. Приди, приди, о, дивная Тамара.
Тамара. А больше, чем «водочкой», Мишке не платят – не дотягивает, не лихачит? И не стыдно? – надо свой уровень поднимать. При этом как можно скорее это делать – чтобы и мне пообщаться было интересно. А то заладили: «Приди, приди!» Может, я и в мыслях такого не держала - не желаю.
Миша. Эко она возомнила о себе! (Тамаре) Спрыгивай с сарказма, Томка, тебе и этого не снилось заработать!
Тамара. Враки! Пускай Светка скажет.
Света. Ой, обидели! Да Тамарке сегодня один чудак два ящика пива от нечего делать проспорил. И даже честное слово сдержал – привез. Можем предоставить возможность послушать, как бутылки позвякивают. (Раздаётся позвякивание).
Родя. Так у вас и в самом деле его много? Поделитесь, серьезно? (Ребятам). Который час? (Наверх). Ждем с пивом, девчонки. Оно мерзость запустения устраняет. Черниговское, или какое там ещё – всё едино то, что надо. Приговорим. Апелляция смысла не имеет. Открывается бутылка – гулянка начинается! Давайте к нам по-быстрому – терпение заканчи­вается!.. Да что вы там копаетесь? До грядущей сессии все пробелы успеем восполнить. Две недели – это же колоссальный срок! Для настоящего студента две недели – это же уйма времени!
Тамара. При чём тут сессия? Уже поздно, к тому же сегодня Фоминична дежурит. Как всегда, если помните, с веником ходит. А он у неё пребольшой и преколючий. Не доводилось сталкиваться?
Леня. Между прочим, мы не из трусливых. А вы? Давайте решайтесь – уговаривайтесь. Лучше всего, спускайтесь с балкона на простынях. Пиво – в авоську, и вперёд. Вон вчера девчонки с пятого на четвертый не побоялись, а у вас всего третий. Если даже сорветесь, мы мигом снизу затянем. Не станем же сами пиво пить. Ну, так как? Лады?
Тамара. Эгоисты! Сокурсниц не жалко! Пиво им, понимаете ли, дороже. Ладно. Так и быть, готовьтесь встречать. Вначале Люську получите. Она ситуацию проконтролирует. С вами – мало ли что.
Леня (ребятам). Вот вам и вся Тамарка. (Наверх). Спускайте, майна...
По простыне спускается Люся.
Люся. Ловко я? Уметь надо – с детства по деревьям лажу. (Наверх). Порядок, давай!
Спускается сетка с пивом..
Миша. И это – все? В упор смотреть – не сразу и заметишь. Что ж так мало взяли? Жадничаете?
Тамара. Остальное на завтра. Ишь, губа не дура. За так и уксус сладкий! Нет, чтоб порадеть за остальных окружающих. А между тем, некоторые уже всю стипендию истратили – надо хоть пивом поддержать.
Миша (сердито). А сама, между тем, думает: лучше десять дней по разу...
Тамара (перебивая). Всё верно - чем в одну ночь все за раз.
Спускается Тамара. Увидев, что ребят четверо, кричит наверх.
Тамара. Светлана! Тут почему-то лишний парень оказался. Прихвати с собой ещё кварту, так и быть, расщедримся – уж больно симпатичный гость у ребят, как я погляжу.
Спускается Света. Вытаскивает из-за пазухи ещё четыре бутылки.
Света. Ну, ты даёшь. Где это видано! - парней лишними называть? (Кокетничая, улыбается). Холодные! Б-р-р. (Передергивает плечами, поправляя на себе одежду).
Миша (приосанивается). Могу согреть.
Света. Тоже мне князь Горелкин!
Люся (шёпотом). Граф Теплов.
Тамара. Что у вас стряслось? На всю общагу расшумелись. Ни дать, ни взять, Мамаево побоище приключилось – уж никак не меньше.
Родя (тычет в сторону Васи пальцем). Полез к нему (показывает на Мишу через плечо) в постель.
Миша. Зачем передергивать? – темно было. Я же не виноват. Это вы всё подстроили, мог бы и не расписывать. Охота покрасоваться? И так как нельзя лучше выглядишь.
Родя (делая “честное лицо”). Скажешь, ты к Ваське не приставал? Или, может быть, именно я всё это  подстроил? Мне что, в трагических тонах всё, что случилось, девчонкам объяснять?
Миша. Ну, ты наглец! Вот же малая секунда! – любитель создавать напряжения. Так, с меня хватит! Учтите, я счет открыл. Думаете неуловимые? Напроситесь! Без лишних слов.
Тамара. Мозги сломать можно! Рассказать связно кто-нибудь в состоянии? Найдётся среди вас хоть один здраво мыслящий?
Родя. Отчего же! – я за него. Сидели, скучали. Зашел Василий – околачивался поблизости, вот и зашёл. Пока, скинувшись, «обсуждали» его минувший день рождения, время не ждало. Васе домой далековато добираться. Мы его пожалели - оставили ночевать. Никак не ожидали, что наш труженик в неурочное время заявится. Кто бы мог предположить!
Света (ехидно). Выходит, неправильно Миша сделал, что не дал ни себе, ни людям отдохнуть.
Миша. Да вы поймите, я трудился в поте чела…
Родя (менторски, подняв вверх палец). Высшее образование студента – уметь заработать на хлеб насущный!
Тамара (перебивая). Ждали Мишаню с зарей, а он не сумел оправдать надежды? Какой нехороший! Значит, (толкая Мишу бедром) со света вслепую на вынужденную посадку зашел? Я, кажется, начинаю понимать. Ой, как интересно! И с  какой же попытки удалась?
Миша. Да с первого захода – вот только на запасную полосу рядом. Думал, Шурочка нагрянула, как гром весенний. Едва радоваться начал – и получи разочарование!
Родя (угрюмо). Мы пиво пить сегодня будем? (Стучит пальцем по циферблату ручных часов). Со вчерашнего дня дразните. Может, хватит?
Тамара (закашлявшись от смеха). Отдадим должное – Мишка еще легко отделался! Требуется немедленно отметить это событие! (Отдышавшись). Возражающих нет? Не волнуйтесь, ребята – уже не только мне всё становится ясно: у Светки глаза на лоб не лезут, да и Люська наконец-то  сообразила. Сейчас пивка выпьем, поговорим, и все пойдет на лад. Верно говорю?
Хватает под локти Мишу и Васю, затем внезапно выскальзывает, соединив их руки.
Глядите все! Очаровательная парочка!
Миша делает попытку запустить в неё подушкой, но Вася показывает ему кулак. Миша тоже показывает кулак. Расходятся. Света в это время из-за спины Люси показывает Тамаре поднятый большой палец. Леня, заметив, нарочно громко чихает. Все смеются.
(Рассказчик передвигается по сцене произвольно: подсажи­вается, стоит за спиной и т.д.)
Рассказчик. Скептики, рисуясь, говорят: не существует мужской дружбы… Василий погиб случайно – нелепо и несправедливо. Покинув, отлетел в другое измерение. Чудес­нейший, умнейший был человек – никогда душу не экономил. Более надежного и понимающего друга, пожалуй, теперь уже и не встретить. Эх, Вася, Вася! – для меня ты так и остался другом единственным. Бывают же люди, о которых не вспоминать с теплотой и благодарностью просто невозможно.
Света (выставляя бутылки пива из сетки на пол). Предлагаю пари: если Мишуня  в своих высказываниях продержится на рифме до шести утра, скидываемся в его пользу по пятерке. (Свете и Люсе шёпотом). Между нами говоря, чтобы была возможность снова в гости заявиться. (Во всеуслышание). Если нет – буду сборщиком оброка, притом безжалостным – ну, просто беспощадным. Идёт?
Родя. Настолько любишь казнить-миловать?
Тамара. Экий жадина! – пятёрки ему жалко. Не слушайте его.
Света. Слушайте Тамару! В самом деле, сделаем Мишку поэтом!
Тамара. Поступившее предложение безоговорочно принимается. Итак, стиль старинный, и учти, Миша: без тени недовольства, если надоест. Не стесняйся, но и не отмалчиваться. Лучше всего достигнутыми результатами гордись - на тебя всё-таки ставка. Да выше нос, хулиган! Нынче станешь золоченой рамой обрамлять нашу неуёмную ночную фантазию. Выдержишь – честь и слава. А нет – ну, что ж, пеняй на себя. Будем смотреть, как на обыкновенного.
Леня. Я даже нарисую тебе сертификат, дающий право и впредь в любой момент разговаривать стихами. Даром, что ли, песни свои сочиняешь?
Родя. А если продуется, в каком качестве мзда? Давайте определимся – дело ведь нешуточное.
Тамара. Купит по килограмму варёнки на каждого – и хватит с него. Нечего зря по халтурам околачиваться! Колбаса – всё-таки второй хлеб для студента, не считая картошки.
Света. Я «докторскую» просто обожаю – за вкусовые качества и за существенный лечебный эффект для моего организма.
Родя. Ошибаешься в отношении себя. За ту шифровку, что ты мне на экзамене в качестве «шпоры» подсунула, тебе больше «ослячьей» не полагается.
Тамара (возмущённо). Светка! Зажарим «индюка»? Вкуснятина!
Родя подчёркнуто выразительно на нее смотрит, но Тамара не смущается.
Света. Глядите, глядите! Боится на новое прозвище отозваться. А, по-моему, к тебе оно – в самый раз!
Люся (Свете шёпотом). Слушай, ты бы успокоилась – вечно кого-нибудь обижаешь.
Тамара. Гляди, как надулся. Всё-таки Родя – индюк. (Во всеуслышание). Родионище, объяви народу, как это у тебя получается – из любой грязной ситуации чистоплотненьким выскакивать? Какой защитный механизм у тебя при этом срабатывает?
Родя. Талант! Главное, не поддаваться гипнозу толпы. Самоуничижение и неизбежное при этом покаяние – сквозной мотив не моей биографии.
Тамара. Хватит возводить себя до эталона мер и весов. (Призывая всех к вниманию). Он уже не помнит, как кивал и поддакивал, когда группа проштрафилась.
Родя. Вот бычий бог Апис! Так и колет рогами.
Света. А ты просто злюка! Мало мамка уши драла, дай теперь я попробую надрать.
(Между Родионом и девушками образуется небольшая драка – в шутку).
Рассказчик. Вне нашей воли сменяются времена года в природе и в жизни – такой короткой, что, только истратив ее почти всю, начинаешь это понимать. Вечность падает на Землю снег, Солнце палит от Сотворенья. Между тем, человеческая жизнь до обидного мала – просто короткая вспышка разума. Лишь чуть увидим мир, и уже пора.… Недавно получил письмо от Лени с Люсей. Пишут, внук уже почти взрослый, заканчивает первый курс той же консерватории. В этих файлах памяти они еще не догадываются о своей скорой свадьбе – пара вышла всем на зависть. А Родион во все годы оставался один – какая же добровольно побредет на закланье? Никто и ничто, ни при каких обстоятельствах, не в силах был перевернуть компас его совести с ориентира на меркантильность. При этом «Лень – мать всех пороков» – сия небезызвестная поговорка словно создана для Родиона. В чистом виде приспособленец. Учеба давалась ему легко: раз посмотрел – надолго запомнил. И точно так же, как срабатывала у Родионища память, он заставлял прислу­живать себе людей. Правда, иногда его выверенные комбинации слишком откровенно были шиты белыми нитками, но Родя нисколько не смущался - продолжал просчитывать варианты. Обезоруживающее: «А что я тебе сделал плохого?» – кого угодно могло повергнуть в изумление, принуждая виновато оправ­дываться. Не утруждался тушеваться только Родя. Хвастливо тиражировал явные и мнимые достоинства. И кланялись ему! Опасен человек,  оправдывающийся любой ценой. (Подходит к Родиону, некоторое время смотрит на него – отдыхающего после только что закончившейся свалки).
Света (устало). Мишуня, осчастливь присутствующих неким неконъюнктурным красноречием. Хоть попробуй для смеха!
(Миша на секунду задумывается, затем с горячностью бросается перед Светой на колени. С искусственным пафосом)
Миша.   Хоть растянусь на месте скользком,
согласен падать в ноги красоте.
Света (посылает жеманный воздушный поцелуй). И всё?
Света. Ага, попался? Никуда теперь не денешься. Вызов принят – теперь рифмуй, а мы посмотрим. Нет, главное – послушаем, как это тебе будет удаваться.
Леня (с лёгким сомнением в голосе). Надеюсь, до утра продержится.
Родя. А может, и нет – кто его знает. Ладно, хватит мучить меня. Сдвигайте кровати. (Мише) Тащи свою простыню, она у тебя всё-таки почище. Не можем же мы при дамах без скатерти.
Миша нехотя исполняет.
Тамара. Почему с таким недовольным видом?
Миша.    Черт дернул рано завернуть домой!
Попробуй, докажи, что не немой.
Как раб, служи спесивой лести,
борясь с желаньем мелкой мести.
Люся. Ужасно! Да он же рифмовать не умеет - уши вянут.
Родя. Для начала неплохо. Потом пообвыкнет. По крайней мере, имеет повод подучиться.
Вася. Ничего, сойдет за первый сорт. Запомнит свои творческие муки.
Тамара (Мише). И знай: чужими стихами не баловать.
Миша вздыхает. Затем, шутливо отдавая честь, сдвигает каблуки.
Тамара. А высказаться – рифмы не хватило? К твоему сведенью, без головного убора честь не отдается.
Вываливает на середину сдвинутых кроватей содержимое принесенного Мишей кулька. Откупорив, раздает бутылки с пивом.
Родя. Наконец-то!
Тамара. Перед началом спивки предупреждаю: пить наравне, закусывать по возможности. Раз, два, три - начали! Хоп! (Выхватывает самую большую конфету).
Все набрасываются на еду.
Вася. Откуда пиво свалилось, если не секрет?
Света (с полным ртом). Я же говорила: Тамара пари выиграла. Знала, с кем спорит.
Родя. Похоже, эмоции перевесили – сцепились по-крупному – немелочный презент.
Света. Конечно! Кто из вас сможет босиком походить по гитаре так, чтобы она не только не треснула, но даже звука не издала? Слабо? – то-то!
Родя пожимает плечами. Все перестают жевать.
Тамара. А я смогла!
Света. Она недаром в политехническом сопромат учила.
Тамара. Потом, правда, выгнали, но кое-что в голове осталось.
Люся. Что ни делается, все к лучшему, говорят. Благодари судьбу. Что ж такому голосу пропадать? Случай представится - еще на весь мир прославишься.
Тамара. А я что – против? Сейчас уже и не мыслю себя в качестве инженера. Знайте, чтобы в техническом вузе учиться, нужно родиться с другим характером. Там что ни шаг – читай, пиши, черти, читай, пиши, черти. Та наука не по мне – чересчур мозги отягощала.
Леня. (Мише тихо) Всё правильно: книга – зеркало. Тамара туда заглядывает, а оттуда на нее обезьяна смотрит. Вдобавок, совершенно немыслимые рожи корчит – и как назло такие, какие ей совсем не нравятся.
Миша молча показывает два больших пальца.
Лёня. Ладно, ладно. Ты помалкивай, а то опять что-то сочинять заставят.
Все сосредоточенно жуют.
Рассказчик. Голос действительно очень выручил Тамару – она построила свою жизнь основательно, в материальном отношении лучше всех нас. По крайней мере, так все считали. Однажды нежданно-негаданно позвонила – где-то около полуночи. Разговор долго не клеился. Наконец нашла к чему прилепить заранее подготовленную фразу – так мне показалось. Сказала: «Взгляни на меня сквозь дебри понавыдуманных сплетен – увидишь человека, умышленно относящегося к жизни, как к сказке, конец которой предвещает забвение и ненужность». Вскоре я узнал, что Тома потеряла свой дар, живет уединенно, время от времени распродавая ценности. Уж какая трагедия с ней произошла - этого не знаю, а только она сильно изменила её - основательно.
Тамара. Ведь каждый из вас понимает: быть музыкантом – это так близко к любви.
Родя (подняв свое пиво). Ура материализованной благодар­ности за чувства!
Тамара швыряет в него туфлей, которую  Родя ловит.
Родя (дразнится). Просто так не отдам. Хочешь получше узнать человека – тогда следи, на какую шутку обидится.
Тамара носится за уворачивающимся Родей. Тот, зацепившись, падает на свободную кровать. Тома прыгает сверху. Родя зашвыривает туфлю. Леня её находит, приносит Томе. Та пытается освободиться, Родя не пускает. Леня, дав Роде щелбан, снимает Тамару, как куклу. Ставит на пол.
Родя (с подвывом). Ее от меня украли, извратили благород­ными манерами. Знает соперник, чем расположить к себе!
Тамара. Класс! Мишка! Немедленно рифмовать!
Миша.   Раздета истина – полезно разглядеть ее нагую.                  
Одеждами пусть ложь прикроет всякий стыд.
Вася. Ну, это уж слишком! Мне это не нравится. От пошлости важен выход к чему-нибудь положи­тельному. Лучше поговорим о счастье для всех и каждого.
Света. Ой, какой праведник выискался! Берите пример.
Все в шутку собираются в кружок, ходят вокруг Васи, нарочито внимательно его разглядывая.
Рассказчик. Человек сотворен из любви и призван к любви, потому что только заботясь о людях, он любит. «Быть или не быть» – не особью, но личностью – адекватно любить или не любить. Каждый стоит перед выбором, оставаясь при этом свободным: бездушный – от совести, милосердный – для человеколюбия, ибо нет границ для Истины. Не оттого ли, пройдя жизненный путь почти без остатка, не многие решаются утверждать: да, я любил, – что эгоистично не делились добром из сердца? Оттого ли часто меняются объекты чувств, что воспринимаются как совокуп­ность ценностей, доставляющих приятные переживания? Жить – уже счастье, если душа – алмаз. Огранка любовью – дело временное.
Люся. Стойте, хватит дурачиться. В самом деле, хорошее было предложение – давайте поговорим. Лично меня затронутая тема волнует. Можете не соглашаться, но хоть выслушайте. Вдумайтесь: что такое счастье? В моём понимании, счастье – ощущать молодость в крови, возможность полюбить, не испоганясь корыстью, искажающей все красивое.
Тамара. Счастье – это если жить многомерно.
Вася. В блеске ума, горького юмора и человеческого достоинства.
Родя. Умея давать сдачи?
Света. Мир без иллюзий безотраден.
Тамара. Кончайте занудствовать! (Мише) Расскажи мне про свою Шурочку. Она часто сюда захаживала? (Перебирая волосы на Мишиной голове). Ну, чего язык проглотил? Аль уговор запамятовал?
Миша.       Что лучше? Воздержаться чувственной любви
иль увлекаться наслажденьями сполна?
Да, я – хорош, но в чём моя вина,
когда игристое шампанское в крови?
Тамара. Всё с тобой ясно. (Подсаживаясь к Лене). А ты имеешь девушку для страсти?
Леня. Разве не имел возможности поучиться на Мишиных ошибках?
Тамара (всплёскивает руками). И ты, значит, «ходок»! На какие же, позволь поинтересоваться, дистанции?
Света. Напрасно стараешься расколоть – как известно, дело мастера боится. Хотя, и мне кажется, он вначале женится.
Миша.       Когда воображение лишается контроля,
произведя чудовищ, выпустит на волю...
Света. Ясненько: заговоришь о влюбленности – чудо, о замужестве – чудовище. Ой, ребята, какие же вы в своих мыслях неповоротливые! Иногда думаю: что с вас взять?
Леня (заговорщически хлопая Мишу по плечу). Не будем пока жениться? – с какой стороны ни погляди, опасно! Давай, Миша, увековечь эти слова.
Миша (плаксиво-ненатурально.)
Не сыщешь счастье просто так:
Внутри себя – бесспорный мрак.
Вокруг да около – всё нет:
нигде не виден счастья след.
Хотелось быть счастливым мне –
среди друзей, наедине.
Увы, кем был – не узнаю.
Вдаль поглядеть – в каком краю?
Найду, но скажут все:  чудак,
да кто ж его отдаст за так?!
Гудок машины. Света подбегает к балкону.
Света. Кто бы мог предположить? Глядите! - Фоминична рысью.
Тамара (бросается посмотреть). Где?
Света. Да вон же - слева, за клумбой.
Тамара. Не вижу. Ой, и в самом деле! Какой бородач - словно уродился элегантным!
Родя (со смешком). Пятый туз в колоде карт!
Вася. Не люблю сплетен, Родион. Немедленно прекрати.
Родя. Ну да, всенепременно - не по-геройски, не по-рыцарски, недостаточно благородно с точки зрения мужской солидарности!
Тамара. А, так ты всё знаешь! Тогда расскажи, для кого наша мучительница – лакомый кусочек?
Вася.  Не вздумай. Ты много выпил.
Родя. Отстаньте! (Хватает теннисную ракетку, подтанцовывая, пошатываясь и гримасничая поет нечто невразумительное, изображая аккомпанемент на банджо – лучше кантри).
Света. Эй, вы! Тихо! Фоминична возвращается.
Тамара. Этот – представляете? – на прощание ей ручку поцеловал. Такой положительный. Наверное, замуж за него хочет. Ого, с какой охотой пойдёт!
Родя. Внимание! Танго смерти! Исполняет…
Вася (перебивает, хватает за руку, усаживая). Помолчи. Не пей больше, раз вести себя не умеешь. (Тамаре). А ты тоже хороша - провоцируешь.
Тамара. И зачем люди женятся?
Родя. Удобно в бытовом плане.
Тамара. Для кого, если не секрет, – для какой из сторон?
Леня. Возомнил в семье себя главным, вот и определяет координаты выгоды.
Тамара. У кого рот больше, тот и главней - тот и съедает, как кошка мышку.
Света. Имеешь в виду Родю? По мне – это комар.
Тамара. Хочет сказать, комара можно прихлопнуть.
Родя. А я осторожный - я по ночам…
Света (перебивая). Он прав - не себя ведь растрачивать.
Вася. По-моему вы не туда клоните. Вот послушайте, что расскажу. Когда увлекся джаз-импровизацией, я на многие вещи стал смотреть иначе. Возьмем, к примеру, роль партнера. Представьте себе: идёт импровизация, и её не остановишь. Допустим, излагая мысль, вдруг цепляешь такую ладогармо­ническую свежесть, что волосы дыбом. Кто не пробовал, тот не знает, как можно растеряться. Твой напарник обязан поступить благородно - он берет твою ошибку за основу для своего нового построения. Перебрасываемся, перебрасываемся. Вдруг – опять нескладуха, предположим, ритмический сбив с его стороны. И надо же выкарабкиваться обоим, иначе не может быть и речи о каком бы то ни было партнерстве! Не амбиции, любовь к общему делу имеют место, если музыкант достоин называться музыкантом - на этом основывается джаз-сотрудничество. Чем не модель для построения семейных отношений?
Тамара. Не думаю, что решиться на семью – разумное решение. По-моему, стало закономерностью следующее: счастлив в браке лишь один – тот, который живет за счет нервов другого. (Мише).  Зарифмуй Мишуня. (Миша колеблется, но всё-таки кивает).
Миша. Любовь несложно превратить во вздор –
раскаянье, ожесточенье и раздор.
А сети чувств – в железные оковы,
а мы для них подчас и не готовы.
В метаниях не знаем, как нам быть,
самим себе расстраиваем быт,
не легкомыслие, не похотливость -
рождает заблужденья торопливость.
Едва отвергнем,  страшно потерять.
Затем, раскаясь, устремимся вспять.
Мой текст хорош, но не хватает слов:
зачем нам брак, когда важна – любовь!
Люся. По-моему, умозрительно – потому и неубедительно. Разве человек знает, отчего любит? (Поет). «Любовь нечаянно нагрянет…»
Миша. Любовь сменяется изменой.
Душа на верность не согласна вновь,
и плоть, взбодренная заменой,
спешит нести клокочущую кровь.
Тамара вскакивает, изображая этот процесс мимически - Родя хохочет.
Люся. Напрасно хохочешь - грустно это всё.
Света. Ты вообще у нас чересчур правильная – всем моральным нормам соответствуешь. Ребята, да вы не слушайте её. Она – тоска смертная! Как закрутит шарманку - хоть из общаги беги. (Люсе) Ты не обижайся, подруга - советую сделать выводы.
Тамара (сделав постную мину экзаменующейся студентки). Люся, ану посмотри на себя: Совет Разума и Закон Природы повелевают любить лишь один раз. (Делает движения: измеряющие, взвешивающие, считающие). Ну, как?Нравишься себе?
Вася. Что это ты?
Света. Живая иллюстрация к словам Пифагора: «Измеряй свои желания, взвешивай свои мысли, исчисляй свои слова». Нутром чувствую: надо готовиться философию сдавать.
Тамара. Спасибо за подсказку - а то как бы я знала, о чем говорить дальше? Раз перебила, так может быть, продолжишь? (Всем). Что вы все притихли? Сон одолевает?
Леня начинает складывать пустые бутылки.
Миша. Было пиво – пива нет.
Делать что – решит совет.
Мне б поспать, да слово дал,
И резон, чтоб устоял.
Люся. Неужели никому Мишу не жалко? Пусть бы уже говорил, как все – без попугайничания.
Света. Э, нет! (Машет пальцем). Я первая – против!
Тамара. Да ты только вслушайся и вдумайся, какая у него скорость реагирования – не голова, а вычислительная машина. Надо отдать должное – прыткий, даже не ожидала. А коль так, пошла я за пивом, ребята. Еще почти два часа «спального» времени осталось - всухую не просидим.
Родя. Расщедрилась! Учти, Фоминична добросовестно бдит!
Тамара. Не боись! Ей сейчас не до меня – мечты одолевают.
Леня. Снимай туфли – так-то оно всё-таки ловчее будет.
Тамара. Не стоит волноваться. Я тихо.
Леня. Все равно, чтобы не трястись, лучше босиком.
Тамара. Вниз я - по простыне. Не уроните.
Родя. «По простыне». Повезло ещё, что Фоминична, выходя, ее сияющей белизны не приметила. А то имели бы мы сейчас представление.
Вася. В самом деле - скажите спасибо, что на огонек не заглянула.
Тамара. Скажешь тоже! Так бы мы и открыли!
Леня. А что? Может, она что-нибудь новое о любви узнала, с размягчённой душой нам бы поведала – всё ж какое-то разнообразие, к тому же кой-кому в назидание.
Родя (поет, гримасничая).  «Любви все возрасты покорны»…
Тамара. Заткнись, пожалуйста. Нашел подходящее время! (Осторожно выходит. Все замирают, прислушиваются).
Рассказчик. Я женился на женщине, характером напоми­нающей Тамару. Естественно, она выдумала свои правила жизни. К тому же её папаша, занимая высокий пост и регулярно недо­вольный никчемным, как он считал, зятем, стирал меня в порошок. Подумаешь, пианист!  - какая может быть материальная польза от извлеченных звуков? В самом деле - это же не количество изготовленных болванок. Детей жена не хотела – вот и разошлись. Прорвавшись на волю – естественно при такой ситуации, с потерями в живой силе и технике - я решил превратиться в философа: во-первых, из-за того, что хлебнул горюшка в браке, во-вторых, поступив в университет. Разочарование обуяло, но как ни мудрел, а перед любовью не устоял - сдался. И всё-таки недолго пришлось гордиться молодой женой, изливая на окружающих лучи своего необыкновенного счастья - ветреница перелетела в гнездышко моего друга (очень типичная история!), хотя и оттуда не дольше месяца раздавалось ее нежное воркованье. Но меня это не утешило. Из вредности, назло женился в третий раз – рискуя: я ее едва знал. При этом была одна единственная цель – уехать из города, из страны, если б можно было, и от себя самого. Но, как ни странно, брак оказался наиболее удачным - надо полагать, заслугами жены.
Тамара (сверху). Эй! Держите пиво, спускаю.
Спускает кулек с пивом. Затем спускается сама. Ребята помогают.
Тамара (Мише). Я тебя пожалела: посмотрела на часы – на тот момент тебе шестьдесят две минуты оставалось. Так что не отчаивайся – если, конечно, в твоих интересах усидеть на Пегасе.
Все рассаживаются. Тамара открывает и раздает пиво.
Тамара. Итак, физиология требует любви. Следовательно, должны иметь место не жена, так любовница - или и то, и другое вместе. Выбирайте, кому - что больше подойдёт. Ты? (Лене)
Леня. Жена. Единственная и неповторимая.
Тамара. Пуританство. (Васе) Ты?
Вася. Жена, если предположить, что брак сложится удачно.
Тамара. Я не могу! И этот – туда же! Веселенькая компания намечается. (Роде) Ты?
Родя. И то, и другого – да побольше.
Тамара. Ну, в этом ответе я не сомневалась! Он и не съест, так из вредности понадкусывает. Если не секрет, до какого же порядкового номера планируешь? Ах, ты в затруднении: на здоровье пока не жалуешься. (Мише) Ты?
Миша. Он в забытьи с любовницей откроет счёт:
.            что делать, коль к супруге не влечёт?
Хотя  жену желать – для мужа свято,
к пустышке побежишь, хоть и десятым!
Вася. Ничего не скажешь – умён. (Мише). Прилег бы. Не устал словами жонглировать?
Тамара. А мы его сейчас растормошим – не закричи он среди ночи дурным голосом, мы бы к вам и не сунулись – стало быть, сам во всём виноват. Вот я его! (В шутку даёт Мише  подзатыльник). Наподдать ему!
Вася. Тамара, уймись!
Рассказчик. Хорошее дело – не мелочь, хотя чаще начинается именно с мелочи. Вот эта  фраза («Прилёг бы».) положила начало нашей дружбе. Кстати, я уступил Васе его будущую жену. А как хотелось опередить, приглашая на танец! Родино же «бескорыстие» имело по Васиному адресу противоположное направление: после одного обоюдно неприятного инцидента тот пытался его жену обольстить – назло, и злой человек может казаться бескорыстным, когда вредит.
Тамара (заигрывая, Мише). Может, сойдемся месяца на три?
Миша. По справедливости, три месяца – три века.
Дичайший срок для мыслящего человека.
Что проку от меня – уже едва дышу -
несносный заговор прервать спешу.
Кокетка – вот ужаснейшее слово,
во все века манерами не нова.
Тамара. Поди ж ты! В бесцеремонности обвиняет. Хотя бы из вежливости поаккуратней рифмой пользовался.
Вася (насмешливо). С рифмой – это можно! С живым человеком – многократно труднее. А среди нас кое-кто об этом забывает.
Люся. В самом деле! Что вы Мишу терзаете? Он лекции отсидел (Миша быстро кивает головой), по специальности позанимался (Миша гладит себя по голове), на свадьбе отработал (Миша усердно на все стороны раскланивается), сейчас в центре внимания (Миша принимает позу Аполлона). Удивляюсь,как ещё на ногах-то стоит.
Тамара. А я по наивности своей думала, что я сегодня – центральная фигура, что вокруг меня все обращается. Забыли, кто пиво принёс?
Вася. Наберешь величину, посмотрим на тебя иными глазами.
Тамара. Нашёлся мне - умник под пиво!
Вася. Между тем, умный всегда говорит правду - чтобы не обмануть себя.
Тамара (Васе). Тогда премудро замолчи. (Мише) А ты – скромняга, лицедей - напридумай мне совершенства. Да не скупись: что бы ни сказал – всё мало будет.
Миша (подперев щеку, раздосадовано).
У хирурга кураж –  четкий почерк движений.
Он к любви, как к больной, подойдет – вне сомнений,
чтоб красивость отсечь хладнокровной рукой…
Тамара (перебивая). Вот и будешь ты, Мишка, всю жизнь холостой.
Родя. А если засчитаем произошедшее стихотворное вмешательство не в твою пользу – тогда что? Ведь можем и санкции применить.
Тамара. Бекар! Все равно последней будет моя резолюция – и, конечно же, в собственную пользу. Неужели кто-то может в этом сомневаться?
Лезет обниматься к Мише.
Миша (вскакивает).
Не своди меня с ума.
Соблазнюсь – грозит тюрьма:
закуёшь в свои красоты –
всем известно, Тома, кто ты!
Тамара (саркастически). Чародейка искусно заплетала в кружева лжи (чешет Мише под подбородком), и субъект, на которого было обращено её внимание, испугался.
Миша. Как мышь не подкрадётся ловко,
её поймает мышеловка.
Люся. Пожалуй, ты не кот. Так что держись-ка лучше подальше от Тамары. А ты, Тамара, помни о мышеловке – можно ведь и не успеть среагировать.
Тамара (в позе разъяренного преподавателя). Мой зоркий ум видит нечто большее за поставленной точкой.
Родя. Прозорливая ты наша (тянется к ней).
Тамара. Так это ты, оказывается, претендуешь на мою беспрецедентную любовь?
Родя. Брось наивничать! В наше время на такую любовь уже никто не претендует – во всем нужна власть и технология восхождения.
Вася. Мечтаешь об Олимпе? В таком случае, сколь ответственно отнесёшься к  высокодуховному – тому, чему нас в консерватории так усиленно учат?
Родя. Поражён чувством стадной правоты.
Света. Успокойтесь. Лучше забьем вопросик: труд создал человека или человек создан для труда? Кто сомневается, тот может не отвечать.
Родя. Какой труд имеется в виду – умственный или физический? Не указана и сфера применения. Неясной остаётся также и мера вложения.
Вася. Абстрагируйся. Познание ведь не имеет границ, а вот физические показатели похожи. Но и они имеют свои особенности. Вот и выходит: что на деле, что в уме – у каждого свой счет.
Люся. Смею заметить, усложняющиеся технологии разрушают усредненное мышление.
Тамара. Ты укоряешь прогресс?
Люся. Нисколько. Я о сердечном трудолюбии мысли собирала.
Родя. Оставь саму надежду на понимание. Мы пока только студенты, соответственно и мыслить полагается – и никто не упрекнёт.
Вася (Люсе). Вот ты - самая из нас правильная - какой ориентир для себя лучше различаешь: возлюби ближнего, или полюби считать деньги?
Люся. У меня подруга есть. Вышла замуж по расчету. Теперь муж ее даже в тарелке супа крупинки готов пересчитать.
Родя. Есть меньше надо.
Люся. Она каждый раз при встрече повторяет: только по любви выходи.
Родя. Что ж не бросит расчетливого? Надеется к его денежкам доступ получить? Не получится. Впрочем, что нам до этой парочки? Ты лучше признайся: неужели о прочном финансовом благополучии не помышляешь?
Люся. Не хочу за жлоба!
Родя. Ну, так живи с милым в шалаше, а мне он  не то, что даром, но даже ни за какие посулы не нужен. Романтика почила, почили и сантименты.
Люся. Не согласна.
Рассказчик. Симметричность в отношениях, симметрия в природе… Гармония. За все время совместной жизни Леня и Люся ни разу не оскорбили друг друга. Однажды Леонид серьезно заболел. «Ничего, выкарабкаюсь – дух силен радостью», – говорил мне. Радостью была для него Люся, все связанное с ней.
Леня. За что ты, Родион, так не любишь людей? Не боишься, что в один прекрасный день никого не дозовешься? А не докличешься – что делать-то будешь?
Родя. А ничего – успешно дальше жить.
     Миша (укоризненно).
Храните честь: у многих растерях
прошла сквозь пальцы и поглощена песком.
Гоните лесть! Она – ничтожный прах,
будь попран он студенческим носком!
Родя. О! Да это Мишка ожил. Уж не про меня ли твоё сочинение?
Тамара. С вами от скуки помрёшь. Чья это бутылка пива?
Родя. Мишина, конечно. Ему же некогда прикладываться - сочинять нужно. Давай сюда!
Миша (раздражённо).
Вы смерти мне желаете, садисты?
Ведь перебор приличный – пиво отнимать.
И так мозги кипят. Ах, юмористы!
Уж пива я лишен? Извольте отвечать!
Родя (отбирая бутылку). Вот что я тебе посоветую: не думай о приближающейся смерти, а то забудешь, как жить.
Люся. Отдай! (Выхватывает, отдает Мише).
Родя. Наглядный пример: человеколюбие – дитя героизма.
Люся. Заметь, жалость – рука милосердной любви.
Тамара смотрит на циферблат Лениных часов.
Тамара. Что, друзья, похоже, придётся для Мишки скидываться? Надо немедленно что-то предпринять. Эй, пошевелите-ка мозгами! Негоже в проигрыше оставаться. Придумала! Сейчас  вчистую продуется. (Мише) Зарифмуй, будь любезен, ответ на изреченье Канта: «Не мыслям учат, а мыслить». Ты же на лекции по философии исправно ходишь, и даже есть предположение, что зубришь, как никто другой.
Родя. Срочно всем запоминать афоризм! (Вытанцовывает). Мне кажется,сейчас либо нечто выдающееся выдаст, либо наконец-то провалится. Ишь, как надулся – даже покраснел!
Миша. У патриархов были мысли – реки.
У нас, студентов, мысли – ручейки.
Ещё мы соберёмся в кои веки,
когда разъедемся и будем далеки?
Родя. А что я говорил?
Тамара. Да, что ни говори – не в бровь, а в глаз. У него и в самом деле склонность оригинально мыслить. (Мише). Твои стишки, конечно, кошмарные, но спор ты выиграл. Лично для меня на одного глупца стало меньше. Эй, собрание! Хвалить того, у которого ум за разум не зашел! Можно считать, ты, Мишка, выкрутился: тютелька в тютельку по времени уложился.
Леня (выставляет руку с часами). Сейчас проверим.
 Все собираются вокруг него в кружок, начинают отсчет.
Все. 60; 55; 50; 45; 40; 35; 30; 25; 20; 15; 10; 5. Ноль! Подъем, общага! (попеременно) Вставай, братва! Продирайте глаза! Кому не лень - марш заниматься!
Света. Пошли козу водить!
Все, дурачась, выбегают. Рассказчик собирает разбросанные предметы, занимает первоначальную позицию - та же освещенность, тембр голоса и т.д.
Рассказчик. Ностальгия!.. Это, как сердечный приступ: то чувствуешь ее приближение, то вдруг застанет врасплох.… Сегодня отвез туристов в греческий монастырь. До сумерек было далеко, и по дороге домой заехал в Тибериад. Когда есть возможность, я всегда стараюсь хоть немного постоять на берегу Галилейского моря. Существует поверье: если душа человека чиста, то после заката на воде – там, где Иисус шел к своим ученикам - отчётливо видна светлая полоска. Не знаю, как другим, а мне виден этот не гаснущий сквозь столетия след. Завтра день, во всём похожий на день сегодняшний. А за ним – следующий. Вот наберусь душевных сил и поеду. Спасибо тебе, память. Недаром говорят: любовь – сердце всего. Значит, любить нужно всегда, даже в эпоху резких перемен.

 

 Автобиография

            Я, Крысанова Татьяна Валентиновна, родилась 24 ноября 1954 года в городе Чернигове. Окончила 8 классов СШ № 2, в 1963 г – музыкальное училище по классу скрипки, в 1980 г. Донецкий государственный музыкально-педагогический институт, кафедра струнных инструментов. Имею 27 лет стажа работы в музыкальной школе, работала в филармонии, с 1998 г. концертмейстер оркестра Черниговского академического украинского музыкально-драматического театра им. Т. Г. Шевченко. Замужем, имею двух взрослых детей – дочь Ольгу 1975 года рождения и сына Николая 1984 года рождения. Муж – Крысанов Юрий Николаевич.

 

Литературная деятельность

         Выпустила книги:
1. Актриса. Пьесы и монологи Сборник пьес и монологов. Чернигов, «Черниговские обереги», 2002, 352 с.
2. Графинюшка. Роман. Чернигов, «Черниговские обереги», 2003, 320 с.
3. Квартет Бартока. Сборник пьес, монологов и рассказов. Нежин: ООО „Видавництво „Аспект-Поліграф”, 2003, - 240 с.
4. Бенефис. Роман. Нежин: ООО „Видавництво „Аспект-Поліграф”, 2004, - 416 с.
5. Глория. Научно-фантастическая повесть. Нежин: ООО „Видавництво „Аспект-Поліграф”, 2005, - 192 с.
6. Планета Оя. Научно-фантастический роман. Нежин: ООО „Видавництво „Аспект-Поліграф”, 2006, - 264 с
Участвовала в литературных встречах, вечерах и презентациях.
Член літературної спілки „Чернігів”.
Член Конгресса литераторов Украины.
Член Всеукраинской культурно-просветительской организации Русское Собрание.


Татьяна Крысанова